Укус жареной свиньи

Составители китайского календаря ошиблись: 2009 год стоило бы объявить годом свиньи, а не быка. Напуганные угрозой летального исхода люди сметали с прилавков маски-респираторы и противовирусные препараты, а заголовки газет о новых жертвах H1N1 напоминали сводки с фронта. Но война с гриппом, как и любая другая, приносит кому горе, а кому — немаленькие прибыли.

Летят перелетные свиньи

В начале 2009 года паника по поводу птичьего гриппа, пугавшего мир не один год, немного улеглась. Ветврачи бодро отрапортовали, что все куры привиты и нет причин опасаться заразы от перелетных птиц, а довольные фармкомпании пересчитывали выросшие за 2008 год прибыли от продажи вакцин. И вот в апреле ВОЗ снова забила тревогу: теперь угроза исходит со стороны свиней. Фармконцерны наперегонки кинулись разрабатывать новые вакцины для людей и животных.

Кому грипп свиной, а кому отец родной

По данным Guardian, на закупку лекарств от вируса свиного гриппа правительства разных стран потратили в общей сложности около 7 млрд евро — на радость фармконцернам. Так, за второе полугодие 2009 года выручка французской Sanofi-Aventis от продажи вакцины от H1N1 предположительно составит около 600 млн евро, примерно такие же доходы получит и швейцарская Novartis. А фармгиганту Roche разрекламированный «Тамифлю» принесет в этом и 2010 году рекордные 2,3 млрд евро. На похожую сумму заключила контракты на поставку вакцины и противовирусного препарата американская GlaxoSmithKline.

Правительства насвинячили

Насколько же оправданны были паника и многомиллиардные траты? По данным ВОЗ на 23 декабря, нынешняя пандемия унесла по всему миру жизни 11 516 человек, тогда как от сезонного гриппа погибают в среднем около полумиллиона человек в год. Правительства ряда стран явно переоценили угрозу, заказав слишком много вакцин. Теперь Германия и Швейцария пытаются куда-нибудь пристроить миллионы доз препаратов, поскольку население не спешит прививаться. К тому же польза от прививки в разгар эпидемии сомнительна, ведь, по словам специалистов, ее максимальная эффективность наступает примерно через три месяца, когда эпидемия сама по себе пойдет на спад. Да и эффективность вакцины достаточно ограниченна — не более 80%, и действует она около полугода, рассказал РБК daily директор института вирусологии Университета Фридриха Шиллера Петер Вутцлер. В следующий сезон свиной вирус может мутировать, что приведет к появлению новых вакцин. И новых возможностей заработать.

ТАТЬЯНА ГЛАЗКОВА