По своим правилам

Приднестровье двинулось в сторону России
У этого узкого кусочка земли под названием ПМР удивительная судьба

Приднестровье - это не только последний форпост РФ в Восточной Европе, но и последняя линия обороны от наступающего НАТО, а теперь, после петербургского саммита G8, оно превратилось в часть энергетического российского рычага. В Приднестровье находится крупнейший склад российского вооружения в поселке Колбасны, оставшегося от 14-й, лебедевской, армии. Оружия устаревшего, но готового к использованию по назначению.

С 1992 года, после короткой и кровавой войны с молдавскими националистами, Приднестровье живет по своим правилам, вопреки мнению мирового сообщества. И несмотря на все сложности и неопределенный статус, республика умудряется сохранять довольно высокий темп экономического роста - порядка 5% в год, стабильный, хотя и низкий, уровень жизни населения.

Гарантией существования ПМР являлось "Соглашение о принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в приднестровском регионе Молдавии" 1992 года между Россией, Украиной, Молдовой и Приднестровьем. За его реализацией были призваны наблюдать Совместные миротворческие силы, отметившие 14-летний юбилей существования 30 июля этого года, и Объединенная контрольная комиссия, состоящая из представителей стран - участников конфликта и стран-гарантов.

Надо сказать, что численность российской части СМС не велика - всего 385 военнослужащих. Это даже не батальон. Чуть больше молдавский и приднестровский контингенты - 403 и 411 бойцов соответственно. Но так было не всегда. До Одесских соглашений 1998 года Россия держала в Приднестровье 3100 миротворцев, которые охлаждали реваншистский пыл молдавского руководства.

Эти соглашения стали очередной уступкой Молдове со стороны России, которая в то время была вынуждена заниматься внутренними проблемами. Тогда ПМР не представляла для России практического интереса и служила лишь инструментом давления на молдавских националистов. К примеру, реализация "меморандума Козака" по большому счету привела бы к тому, что Россия получила бы на ограниченное время военную базу, а Приднестровье навсегда потеряло бы свою независимость. То, что под давлением США президент Молдовы Владимир Воронин дезавуировал предварительные соглашения, дало ПМР шанс, которым непризнанная республика была обязана воспользоваться.

НОВЫЕ ЛЮДИ

Теперь Россия укрепила свое положение настолько, что готова отстаивать собственные геополитические интересы. Изменения в российской внешней политике совпали с процессом смены властных элит в ПМР. На выборах в Верховный совет, которые состоялись 11 декабря прошлого года, убедительную победу одержало движение "Обновление", представляющее интересы современной приднестровской экономической элиты. Это люди, которые уже получили максимальную выгоду от состояния "непризнанности" и теперь реально нуждаются в легитимизации собственного бизнеса на европейском уровне. Для них неприемлемо возвращение в Молдавию, поскольку в этом случае от их бизнеса останется только меньшая его часть.

Дело в том, что именно на территории ПМР сосредоточен основной промышленный потенциал бывшей Молдавской ССР. Прежде всего это Днестровская ГРЭС и Дубоссарская ГЭС, Молдавский металлургический завод, заводы "Электромаш", "Точлитмаш", "Молдавкабель" и "Молдавизолит", винно-коньячный завод КVINT, предприятия легкой промышленности. Не говоря о газораспределительной сети "Тираспольтрансгаза".

Решение президента ПМР Игоря Смирнова о приватизации этих и других объектов собственности по собственным же правилам привело к тому, что Молдова потеряла даже призрачный шанс поучаствовать в процессе перераспределения национальных богатств бывшего СССР. Для страны, 90% валового продукта которой дает сельское хозяйство, это практически потеря собственной промышленности. Вряд ли такую страну ждут в объединенной Европе, о которой грезит руководство Молдовы.

Многие эксперты считают, что именно неподконтрольные приватизационные процессы в Приднестровье вынудили молдавское руководство предпринять резкие шаги, которые в свою очередь подтолкнули ПМР к России.

БЛОКАДА ПОМОГЛА

Путь, который выбрала Молдова для овладения экономикой Приднестровья, был прост и эффективен. Его главным инструментом являлось использование мировых и европейских международных организаций. Основываясь на понятных еврочиновникам аргументах - обвинениях в нарушении прав человека, попытке пересмотра послевоенных границ, тотальной контрабанде наркотиков и оружия, - молдавское руководство добилось политической изоляции непризнанной республики.

Очень кстати для молдавского руководства оказался приход к власти на Украине "оранжевой" коалиции. Ее расплатой за одержанную внутреннюю "победу" и будущую евроинтеграцию стала помощь в организации экономической блокады ПМР. Суммарный ущерб, нанесенный экономике Приднестровья, оценивается приблизительно в $200 миллионов.

Парадокс ситуации заключается именно в том, что блокадные меры, которые должны были уничтожить приднестровскую экономику и вызвать социальный взрыв, привели к обратному результату. Общество в ПМР, в котором к концу 2005 года стал намечаться раскол, сплотилось для отражения экономической агрессии. Резко усилилась пророссийская ориентация всех ветвей власти. В мае 2006 года по представлению президента Игоря Смирнова ВС республики отменяет так и не ратифицированное парламентом РМ постановление 1993 года "Об образовании Молдавской конфедерации".

В марте этого года VI съезд депутатов всех уровней принял решение о проведении всенародного референдума "по вопросу взаимоотношений Приднестровья с Российской Федерацией и Республикой Молдова". Впоследствии эта формулировка была изменена, и предстоящее всенародное голосование после назначения Верховным советом даты его проведения - 17 сентября стало носить название "определения формулы мирного сосуществования Приднестровья и Молдовы". Очевидно, что исключение из его названия намеков на отношения с Российской Федерацией является знаковым. Зачем задавать населению риторический вопрос? Тем более что в подписанном вице-премьером правительства России Александром Жуковым 23 мая соглашении с ПМР ее лидер Игорь Смирнов был впервые официально назван президентом.

На референдум вынесены два вопроса. Первый - "Считаете ли Вы возможным сохранение курса на международное признание ПМР и последующее свободное присоединение ее к Российской Федерации?" - однозначно определяет будущий вектор внешней политики ПМР. Второй - "Считаете ли Вы возможным отказ от независимости ПМР и вхождение ее в состав Республики Молдова?" - разрывает последние связи с режимом Владимира Воронина.

ЧТО ДАЛЬШЕ?

Решение, которое 17 сентября примут приднестровцы, предугадать не сложно. Вопрос в том, что будет происходить дальше.

О нелегитимности предстоящего референдума уже заявили официальные представители ОБСЕ, администрация президента США, президенты Молдовы и Румынии. Реализовать волю народа не помогут и ссылки на черногорский прецедент - иной федеративный статус анклава. Косовского прецедента пока нет, а Штаты априори утверждают, что он уникален и любые аналогии неприемлемы.

Разумеется, после референдума все будет зависеть от России - теперь международное сообщество вынуждено считаться с особым мнением нашей страны. Ее внешнеполитические и внутриэкономические успехи очевидны. Но без определенных шагов ситуация, потенциально обреченная на успех, может быть проиграна. И это хорошо понимают в Кремле.

Возможно, что Российская Федерация к решению приднестровской задачи подойдет поэтапно, но то, что эта проблема будет решена к 2008 году, не вызывает сомнения. Войдя в историю собирателем русских земель, Путин обретет такой авторитет, который позволит ему в выборный год играть только по своим правилам. Сегодня, как никогда, время и обстоятельства играют на Россию - на фоне агрессии Израиля против Ливана и предстоящего "косовского прецедента" у непризнанных государств типа ПМР, Южной Осетии и Республики Абхазия появляется уникальный и реальный шанс окончательно оформить свои отношения с Россией.

Автор: Дмитрий Ефимов
Руссикй Курьер № 563, оригинал статьи